Дизайнерам нужно время и пространство для творчества, но современная работа часто не дает нам этих базовых потребностей. Наш рабочий день мог бы быть продуктивнее в создание новых идей, имей мы больше времени, пространства и уединенности. Короче говоря, современная работа не работает на дизайнеров.

Время — это опыт. Нам не хватает ни того, ни другого

Задача дизайнера — объединять вещи. Эти «вещи» — это, по существу, опыт. Проще говоря, новые идеи — это новый опыт.

Проблема дизайнеров заключается в том, что в течение нашего рабочего дня редко бывают новые впечатления. Социальные нормы современной работы диктуют нам весь день оставаться в офисе, проводить большую часть времени за своими столами, вставать только для совещаний и обязательно возвращаться назад, как только они закончатся. Разве в этой рутине есть время для нового опыта, позволяющего генерировать идеи?

Дизайнеры, изголодались по опыту, но все равно должны искать вдохновение — строительные блоки следующей идеи. Поэтому мы находим его, однако, в рамках культурных норм, налагаемых современной работой. По сути, мы вынуждены посещать те же сайты, что и все остальные. Вдохновение подобного рода или секонд-хенд опыт — это видеть мир чужими глазами.

Поэтому дизайнеры посвящают свое свободное время поискам опыта. У молодого дизайнера, который имеет мало обязанностей, а также считает, что работа является важной частью его личности, с этим не будет никаких проблем. Однако, когда дизайнеры получают больше обязанностей за пределами своего рабочего графика, им становится труднее найти время на генерирование опыта.

«Творческий человек хочет быть всезнайкой. Он хочет знать обо всем: о древней истории, математике девятнадцатого века, современных технологиях производства, флористике. Потому что он никогда не знает, когда эти идеи могут собраться вместе, чтобы сформировать новую идею. Это может случиться через шесть минут или шесть месяцев, или через шесть лет. Но он верит, что это произойдет».

— Карл Элли

Конечно, я сам дизайнер, и борюсь с культурными нормами современной работы. Почему это должно быть так? Почему мы не можем предоставить больше свободы дизайнерам и надеяться, что в результате они создадут лучшую работу? В современной работе мы по-прежнему уделяем больше внимания измерению факторов производства, а не результатов — сколько времени люди проводят за своими столами, важнее результатов их работы.

Много раз я сидел за своим столом и по не понятным мне причинам очень хотел посмотреть классический фильм. Конечно, потратить два часа на просмотр фильма, равносильно пощечине своим коллегам — это приведет к дисциплинарным мерам. Но что, если бы я мог посмотреть, скажем, фильм «Забавная мордашка»? Какие чудесные идеи могли сформироваться в моем отдыхающем и расслабленном сознании при виде изящных движений Фреда Астера под аккомпанемент музыки Джорджа Гершвина? Я никогда не узнаю.

Одри Хепбёрн и Фредом Астер в фильме «Забавная мордашка»
Одри Хепбёрн и Фредом Астер в фильме «Забавная мордашка»
Я слышал, что рекламные креативщики получают бесплатные билеты в музеи и кино. Им говорят сходить туда, когда они находятся между проектами. Их задача — перевести культуру в сообщения, которые бренды смогут использовать, чтобы убедить людей покупать больше товаров. Они подобно дизайнерам объединяют опыт, чтобы сформировать идеи. Но что делают агентства с дизайнерами в период между проектами? Они привязывают их к своим столам, дают им бессмысленную работу и убивают их вдохновение.

В Google есть идея, что 20 процентов времени сотрудника должны быть потрачены на то, что, по его мнению, принесет наибольшую пользу компании. Некоторые удивительные проекты начали свою жизнь в этих 20 процентах чьего-то времени. Теперь, спустя много лет после того, как они представили эту методику, сообщается, что очень немногие люди в Google фактически делят свое время таким образом. Возможно, у них слишком много работы или это не нравится руководству? Ласло Бок вице-президент Google по персоналу и автор книги «Work Rules!» объясняет, что идея 20 процентов «несколько выходит за рамки формального управленческого надзора и так всегда будет, потому что самых талантливых и творческих людей нельзя заставить работать».

Я могу подтвердить это. В агентстве, где я работал до этого, мы попытались копировать правило 20 процентов. Из-за обязательств перед клиентами нам пришлось заранее планировать, когда у нас будет это «свободное время». Но мы обнаружили, что, когда этот день наступил, у нас просто не было вдохновения. Творчество нельзя сдерживать и планировать, оно происходит спонтанно.

Современная работа — это отвлечение

Чувство, что есть достаточно времени — это одна проблема, но пространство и уединение также являются ключевыми факторами. В современной работе столы, за которыми мы проводим каждый день, стоят в офисе открытой планировки. Сидя за столом мы в любой момент можем увидеть 40 или даже 100 человек и услышать несколько разговоров. В офисе 21-го века пространство — роскошь, а наушники — новая конфиденциальность.

До определенного момента я могу отлично работать с офисным гулом в качестве фона. В основном я испытываю недостаток уединенности. В современном офисе всегда присутствует ощущение, что за тобой наблюдают. Неважно, сколько раз мне говорят, что никто не смотрит на мои часы, пока между мной и моими коллегами не будет четырех твердых стен, я буду продолжать чувствовать определенный уровень беспокойства. Возможно, вы испытывали это беспокойство на рабочем месте, если когда-нибудь сидели рядом с боссом. Могу ли я сидеть в офисе и смотреть эту 20-минутную TED конференцию о связи между мозговой тканью и сознанием? Кто скажет, относится ли это к проекту, над которым я работаю? Мы никогда не узнаем, пока не потратим время.

При постоянном наблюдении наша работа становится менее продуктивной. Кажется, я не одинок в этом. Lila MacLellan пишет: «Знание, что другие наблюдают за нами, ограничивает то, в какой степени мы могли бы творчески решить проблему и, следовательно, быть более продуктивными». Это явление, известное как парадокс прозрачности, было открыто Итаном С. Бернштейном, когда он тайно внедрил пять студентов Гарварда, родившихся в Китае, на китайский завод, и они сообщали ему о поведение своих коллег без надзора и под надзором руководства.

Бернштейн и его китайские «агенты» заметили, что «в этой конкретной среде и, возможно, многих других то, что видели менеджеры не было реальным. Это было шоу для аудитории. Когда аудитория исчезла, реальное шоу продолжалось, и это шоу было более продуктивным».

Дизайнеры далеко не фабричные рабочие, но я знаю, что это правда, когда я один, я меньше беспокоюсь. Беспокойство — враг творчества, оно порождает иррациональные страхи, которые мешают трезво мыслить. Добавьте сюда гул от 100 коллег и шум множества уведомлений на смартфонах, и вы увидите, что мало шансов на создание, действительно, замечательных идей.

Часть моей мотивации пойти работать фрилансером, состояла в том, чтобы вернуть часть этого утраченного уединения и, в конечном итоге, иметь свое собственное место для работы. Каждый день мною движет далекое видение своего собственного оазиса. Белая комната, залитая естественным светом, на каждой стене пустое полотно, на котором можно развернуть свой разум — захватывающий коллаж мыслей, идей и опыта. Я ожидаю, что могут пройти годы, пока я не получу свою белую комнату, но эта мысль заставила меня двигаться дальше.

Ханс Хартунг в своей студии в Антибе, Франция. Шансы получить что-то подобное в Лондоне невелики.
Ханс Хартунг в своей студии в Антибе, Франция. Шансы получить что-то подобное в Лондоне невелики.
Действительно ли нужны такие экстремальные меры, как уход во фриланс, чтобы получить хоть какой-то уровень личного пространства в своем рабочем дне? Куда в наших офисах мы теперь можем пойти, чтобы нас ничто не отвлекало и не беспокоило? Я прохожу мимо людей, принимающих персональные звонки в коридорах, на лестничных площадках и эвакуационных выходах. Я думаю, что эвакуационный выход такое же хорошее место, как и любое другое.

Шаг назад и отдых

Важная часть метода формирования идей Джеймса Уэбба Янга заключается в том, чтобы полностью убрать проблему из вашего сознания. Он предполагает, что, как только будет проведено достаточное исследование проблемы, важно позволить подсознанию делать свою работу по формированию связей. Янг предлагает несколько способов достичь этого, в том числе делать что-то несвязанное, что радует и подпитывает вас. Сон и медитация также могут сработать. Однажды я посетил офис, в котором была комната для медитации. Я задался вопросом, не там ли были придуманы хорошие идеи.

«Идеи приходят после того, как вы перестали напрягаться, придумывая их и прошли период расслабления и отдыха от поиска». — Джеймс Вебб Янг

Современная работа не дает нам времени на восстановление и отдых, необходимого для генерации идей. Опять же, мы должны делать это дома.

Я часто слышу «Я думал в душе …». Некоторые из моих самых ценных идей пришли ко мне в душе. Так почему я продолжаю принимать душ дома? Я должен принимать душ на работе в течение трех часов.

Или мы слышим «Мне приснилась эта сумасшедшая идея!», но в каком офисе можно спать? Было проведено много исследований, которые показывали улучшения в решении творческих проблем сразу после пробуждения от быстрого сна. Сейчас в моем офисе еще негде спать. Когда я получу свою собственную студию, моей первой покупкой будет кушетка. Кушетка, как замечательно звучит это слово.

Только кто-то, как Дон Дрейпер, посмеет вздремнуть в рабочее время.
Только кто-то, как Дон Дрейпер, посмеет вздремнуть в рабочее время.
Природа тоже важна для творчества, но мне потребовалось много времени, чтобы понять, почему. На природе легко почувствовать, что ты находишься в центре всего, это подходящее место для вдохновения. Город шумит, он тянет нас. Если эластичную ленту слишком сильно и долго тянуть, то она потеряет свою первоначальную форму и станет бесполезной. Когда вы остаетесь в городе слишком долго это именно то, что он с нами делает. Природа помогает нам вернуться к нашей первоначальной форме. Природа не растягивает нас, она просто позволяет нам быть. И когда мы возвращаемся в город с природы, мы чувствуем себя готовыми к достижению своей цели. В современном офисе мы можем найти природу только на обоях рабочего стола.
Южное побережье, летом до восхода солнца. Перезагрузка сознания.
Южное побережье, летом до восхода солнца. Перезагрузка сознания.

Только мы можем знать

Люди, способные изменить нашу рабочую культуру и переопределить культурные нормы современной работы не знают, что нужно дизайнерам. Они похожи на архитекторов, которые были наняты для проектирования пространства, в котором мы каждый день обитаем.

Мы не можем доверить другим узнать, что нам нужно. Мы должны требовать или разрабатывать для себя среду, которая помогает нам хорошо выполнять работу. Окружающую среду, которая является более продуктивной и лучшей для наших творческих умов.

Нас дизайнеров нанимают за нашу креативность, нас нанимают, потому что мы думаем не так, как остальные, только мы можем знать, как развивать эту часть себя.

Я регулярно отправляю электронную рассылку под названием «Disquiet». Это куча ссылок на статьи по психическому здоровью, искусству, дизайну и всему, что с этим связано. Вы можете подписаться здесь

Больше работ в Instagram автора.

Примечание: Спасибо Сэму за помощь в написании статьи. Первоначально опубликовано на Medium